Сергей Апресов

Текст

Переименовав свою компанию Марк Цукерберг ловко назначил себя главным по метавселенным. И ему поверили: именно от создателя крупнейшей соцсети люди ждут ответа на вопрос, что скрывается за новым термином. А зря: на этом рынке Марк — не первопроходец, а новичок

Термин «метавселенная» появился в фантастическом романе Нила Стивенсона «Лавина» в 1992 году. Почти 20 лет спустя, в 2021-м, писателю пришлось уточнить, что к нынешнему воплощению метавселенных он никакого отношения не имеет. Зато имеют венчурные инвесторы, которые активно оперируют этим понятием как минимум с 2018 года.

В широких кругах под метавселенной понимают виртуальный мир, сконструированный с упором на активное живое общение и свободу творчества. Люди могут самостоятельно создавать цифровые объекты, ​подражающие реальной жизни или принципиально новые, — ​от домов и мебели до космических кораблей и магических животных. Участники могут делиться друг с другом плодами своего труда, объединяться в группы по интересам или бизнес-предприятия, проводить конференции и шоу, например концерты живой музыки или спортивные матчи.

Однако в кругах венчурных предпринимателей и криптоэнтузиастов за термином «метавселенная» прочно закрепилась вполне определенная сумма технологий. Метавселенная ​равно многопользовательская игра плюс криптовалюта, плюс NFT.

ГЛОССАРИЙ

Блокчейн

— ​­теоретически (и на данный момент практически) невзламываемая база данных, которая хранится на множестве компьютеров и состоит из блоков. В каждом блоке содержится информация о транзакции: с какого кошелька на какой другой кошелек отправлена определенная сумма денег.

Смарт-контракт

— ​компьютерная программа, записанная внутри блока в блокчейне, автоматически выполняющая денежные переводы или иные действия при соблюдении определенных условий. Надежность смарт-контрактов позволяет обходиться без поручителей в сделках.

NFT 

— ​невзаимозаменяемый токен, разновидность смарт-контракта, в котором прописывается владелец «цифрового актива». Чаще всего активом является jpeg-изображение, но это может быть и музыкальный фрагмент, и текст, и 3D-модель.

Игра. Неказистая обертка

Метавселенная выглядит как компьютерная игра, и ничуть не больше. Так есть и так будет еще долго. Мало того, с точки зрения пользовательского опыта метавселенные едва ли могут предложить что-то, чего раньше не было в играх.

Виртуальная социализация? Невозможно сосчитать число женатых пар, познакомившихся в World of Warcraft, равно как и количество реальных свадебных церемоний, проведенных в Sims.

Свобода творчества? Усердные пользователи Minecraft построили в игре точные копии Тадж-Махала, Эйфелевой башни и Нотр-Дам-де-Пари, переписали «Мону Лизу» и возвели Железные острова из «Игры престолов». Потому что хотели — ​и могли.

Экономика? Компьютерные игры давно коммерциализировались. Виртуальный город Амстердам в игре Second Life (кстати, выпущенной в 2003 году и претендующей на звание первой метавселенной) был продан за пятьдесят долларов. Планета Calypso в Entropia Universe — ​за шесть миллионов долларов.

Вдобавок разработчики видео­игр смеются над примитивной графикой, характерной для всех ныне заявленных метавселенных. Обитателям The Sandbox придется смириться с тем, что их аватары состоят из кубиков. И даже в Horizon Worlds, претендующей на звание главной VR-метавселенной, виртуальный Марк Цукерберг выглядит как персонаж из видеоигры начала девяностых.

Все потому, что пользователи приходят в метавселенные не за зрелищами, а... за деньгами.

Крипта. Плоть и кровь экономики

В большинстве платных игр есть внутренняя игровая валюта. Обменяв на нее рубли или доллары, можно купить полезные или эффектные игровые предметы. В блокчейн-играх (которые понятийно сблизились с метавселенными до степени смешения) роль платежного средства выполняет криптовалюта, которая обращается как внутри игры, так и в реаль­ном мире.

К примеру, монеты SAND из The Sandbox или MANA из Decentraland свободно торгуются на крупных биржах. На них можно купить не только виртуальные игровые предметы, но и настоящие биткойны или доллары. Можно ими спекулировать или использовать их в качестве инвестиционного актива: курс обеих криптовалют стабильно растет.

Раньше игрок мог иметь официальные денежные отношения лишь с разработчиком: у последнего приобретались внутриигровые монеты и предметы. Купить что-то виртуальное у другого игрока можно было, лишь договорившись, что продавец добровольно «подарит» предмет покупателю внутри игры, а деньги будут переданы в реальности.

Благодаря криптовалюте, связывающей виртуальную экономику с реальной, заработать может каждый, кто прикоснется к метавселенной

Благодаря криптовалютам разработчики превратились из продавцов внутриигровых предметов в маркетплейсы, где игровыми активами торгуют между собой сами пользователи. Метавселенная — ​это уже не просто игра, а платформа, развиваемая и финансируемая самими пользователями, такими как «Авито» или «Яндекс.Маркет».

Благодаря криптовалюте, неразрывно связывающей виртуальную экономику с реальной, заработать может буквально каждый, кто прикоснется к метавселенной. Когда разработчики лишь собираются разрабатывать блокчейн-игру, они выпускают монеты, в которые вкладываются венчурные инвесторы. Это выгодно: ведь как только продукт будет готов, игрокам придется покупать монету, чтобы играть, и ее биржевая цена многократно вырастет.

Первые игроки тоже не останутся внакладе: чем популярнее станет метавселенная, тем выше новые участники поднимут курс ее валюты. В любой момент можно будет выйти с прибылью.

Каждая метавселенная — ​это финансовая пирамида, завернутая в пестренькую игровую упаковку. И видимых причин рушиться у нее нет: рост выгоден всем участникам процесса до тех пор, пока никто никого не обманывает. А за этим следит технология NFT.

NFT. Неприкосновенность частной собственности

Невзаимозаменяемые токены, или NFT, стали самой обсуждаемой технологией 2021 года. И одной из самых спорных. Да, NFT позволяет прописать в блокчейне, кто является обладателем прав на цифровую картинку. Но какой в этом смысл, если сделать абсолютно точную копию этого изображения может каждый? Получается, NFT — ​это всего лишь способ продемонстрировать людям, что ты заплатил много денег за то, что любой может взять бесплатно?

В метавселенных NFT — ​основной инструмент, удостоверяющий право собственности на внутриигровые объекты. И, в отличие от реальной жизни, в его силе трудно усомниться. В виртуальном мире игрок технически не способен скопировать понравившийся объект по собственному желанию. Чтобы пользоваться чем-то, нужно иметь легально приобретенный NFT.

Чем можно владеть в метавселенной? Во-первых, землей. По данным CNBC, продажи виртуальной недвижимости в 2021 году превысили полмиллиарда долларов. Любой участок, а вместе с тем и любая недвижимость на нем кому-то принадлежит. Чтобы построить дом, устроить концерт или игру для других пользователей, нужно арендовать или приобрести землю — ​прямо как в реальной жизни.

В метавселенной технология NFT удостоверяет право собственности, и в ее надежности трудно усомниться

Владеть можно транспортом, предметами обихода, оружием, одеждой, а еще произведениями искусства: картина, выпущенная в виде NFT, отлично смотрится в рамке на стене виртуальной гостиной.

Предметы можно как приобрести на рынке, так и создать самостоятельно. В этом заключается важное отличие метавселенных от обычных игр: здесь большинство объектов, включая даже географические, создаются пользователями. На начальной стадии разработчики контролируют процесс, чтобы виртуальный мир соответствовал их замыслу. Но со временем пользователи приобретают все больше творческой свободы.

Читать на Бизнес.ЦО.РФ

Миллионы на пикселях Как работают NFT-платформы по продаже цифрового искусства

Сто тысяч долларов за оригинального персонажа в игре, миллион за гифку, десять миллионов за ссылку на сайт. «Цифровой океан» разобрался, как NFT-токены создали новый рынок искусства и кто все эти люди, готовые платить огромные деньги за файлы, доступные всем и бесплатно


Виртуальные участки земли и любые другие объекты существуют в виде NFT. Пользователи могут приобретать их не только внутри игры, но и на открытых площадках — ​например, на тех, что торгуют NFT-искусством. Цены ведут себя так же, как на любом NFT-рынке в 2021–2022 годах: быстро взлетают до внушительных значений, от тысяч до миллионов долларов.

Мир Дикого Запада

Организаторы Ежегодной конференции разработчиков игр GDC опросили 2700 человек, занятых в игровой индустрии, и выяснили, что более 70 % из них не интересуются криптовалютами и NFT. Востребованные программисты увольняются, когда их работодатели берутся за блокчейн-проекты. В числе причин — ​забота об экологии. К примеру, с точки зрения углеродного следа одна транзакция в блокчейне Etherium («эфир») эквивалентна 226 910 платежам в системе Visa или 17 063 часам просмотра YouTube.

К тому же разработчики игр настаивают, что метавселенные не смогут дать пользователям ничего такого, чего бы не было в World of Warcraft, Second Life или Minecraft.

Тем не менее прямо сейчас десятки стартапов метавселенных собирают первые капиталы, и от инвесторов нет отбоя. Ведь почти независимо от того, получится ли блокчейн-игра красивой и увлекательной или нет, в нее потянутся спекулянты, рантье, агенты по виртуальной недвижимости, художники по игровым объектам, организаторы виртуальных мероприятий, представители брендов — ​сотни тысяч игроков. Ведь на цифровом Диком Западе началась золотая лихорадка.

Денис Смирнов
Денис Смирнов, Блокчейн-консультант, исследователь криптовалют

Интерес к цифровым активам, таким как криптовалюты и NFT, бьет рекорды. Метавселенные не исключение. Основное внимание привлекает сегмент Play-2-Earn, где пользователи, играя, зарабатывают ликвидные токены. Но развитие метавселенных косвенно подталкивает к росту несколько смежных отраслей. Помимо собственно игровых монет перспективы роста получают и нативные токены криптовалютных платформ, на которых построены метавселенные, такие как Etherium или Solana. В долгосрочной перспективе рынок должен оценить активы производителей устройств, таких как VR-шлемы, очки дополненной реальности, тактильная одежда и различные датчики. Роста спроса стоит ожидать на все, что связано с высокоскоростным интернетом, а также на оборудование для различных вычислений, такое как процессоры, чипы для обработки графики, рендеринга, проекций и синхронизации. Рост платформ увеличит интерес к активам производителей контента, то есть разработчикам игр, а также к новому классу бизнесов вроде создателей виртуальных объектов, организаторов виртуальных мероприятий, компаний по аренде активов в метавселенных.

Использованные источники: Материал опубликован в журнале «Цифровой океан» № 11, 2022, Michael Nagle / Bloomberg via Getty Images, EyePress News / EyePress / AFP / East News, из архива Дениса Смирнова, Michael Nagle / Bloomberg via Getty Images, EyePress News / EyePress / AFP / East News, Michael Nagle / Bloomberg via Getty Images (x3)